Menu
vitalyatattoo.ru — Студия художественной татуировки и пирсинга ArtinMotion Разное Разум на латыни: %d0%a0%d0%b0%d0%b7%d1%83%d0%bc — перевод на латынь

Разум на латыни: %d0%a0%d0%b0%d0%b7%d1%83%d0%bc — перевод на латынь

Содержание

Невзоров поговорит с лошадьми на латыни

1 апреля 2010 1:00

9 апреля нам покажут новый фильм знаменитого журналиста

На этот раз — о проблемах разума. Его название «Манежное лошадиное чтение».

Картина стала скандальной еще до выхода на экраны. К психологам каким-то образом попала то ли часть фильма, то ли фильм целиком. Факт в том, что один из экспертов-психологов заявил, что кино Невзорова смотреть «чрезвычайно вредно», потому что во время одной из сцен картины ему стало плохо. От того, что там «слишком много жестокости». Психолог даже призвал запретить фильм к показу и обещал попросить поддержки в этом вопросе у губернатора Санкт-Петербурга Валентины Матвиенко. Несмотря на скандал, фильм выйдет в эфир на Первом канале.

— Я не могу припомнить ничего такого, что бы могло вызвать подобную реакцию, — заявил в разговоре с нами сам Невзоров. — Там есть разные сцены из разных эпох, они реалистичны, но не натуралистичны. Например, там есть сцена отсечения рук. Мы понимаем, что это происходит, но в кадре этого не видим. Эффекта «Чистилища» (фильма Невзорова о войне в Чечне, где было много жестоких сцен. — Прим. ред.) в «Манежном лошадином чтении» можно не искать. Кино не про жестокость и не про кровь. Вообще не про это.

— Тогда про что же?

— Если в двух словах, то мой новый фильм — это экранизация цитаты Альберта Эйнштейна, которая звучит так: «Разум, однажды расширивший свои границы, никогда не вернется в границы прежние». Это кино о проблемах разума.

Основная идея новой работы Александра Невзорова — живой мир способен к мышлению. Разум есть и у ежа, и у лошади, и у коровы, и у свиньи. То есть человек — вовсе не венец творения. Центральный сюжет этой картины, как лошади Невзорова пишут и читают по латыни. И это не монтируемые куски. Причем Александр Глебович говорит о том, что делает это далеко не впервые. В кино есть примеры, как в прошлые века, например, в Германии, лошади господина Крааля считали и читали. В кино есть как игровые сцены, так и документальная съемка.

— Если фильм не о жестокости, тогда откуда взялись непонятные комментарии психолога? — вопрос уже Невзорову.

— Да потому что сегодня кто угодно может назваться экспертом. Особенно если он ничего не умеет делать сам, а охотно рассуждает о том, что делают другие. И таких много. Искателей дешевой славы. К сожалению, информация о моем новом фильме каким-то образом расползлась. Видимо, люди кожей чувствуют, что это будет отличная работа. Вот и «прислоняются» к ней. Да, да, так и напишите: прислоняются, мерзавцы!

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Александр НЕВЗОРОВ

Родился 3 августа 1958 года в Ленинграде. Российский репортер, телеведущий, депутат Госдумы четырех созывов. Популярность пришла к нему в конце 80-х как к создателю программы «600 секунд». Снял два фильма о первой чеченской войне — «Ад» (документальный, 1996) и «Чистилище» (художественный, 1997). Автор телевизионного фильма «Лошадиная энциклопедия» и книги с таким же названием.

«Манежное лошадиное чтение», 9 апреля/21.30, Первый канал.

logos — Викисловарь

Морфологические и синтаксические свойства[править]

lo-gos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное, мужской род, второе склонение.

Корень: -log-; окончание: -os.

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Морфологические и синтаксические свойства[править]

logos

Существительное.

Корень: .

Произношение[править]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. филос. логос ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. λόγος «слово, речь, разум; мнение»; восходит к праиндоевр. *leg- «собирать».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

Библиография[править]

Что такое Lectio Divina или Божественное чтение?

Ответ

Lectio Divina на латыни означает «Божественное, духовное или священное чтение» и обозначает метод молитвы и чтения Писания, нацеленный на общение с Богом и получение особого духовного озарения. Принципы Божественного чтения были изложены около 220 лет назад и позже практиковались католическими монахами, в частности, в орденах Пахомия, Августина, Василия и Бенедикта.

Практика Божественного чтения сегодня очень популярна среди католиков и гностиков и становится неотъемлемой частью богослужебной практики «появляющейся церкви». Папа Бенедикт XVI сказал в своей речи в 2005 году: «Я бы, в частности, хотел вспомнить и порекомендовать древнюю традицию Божественного чтения: усердное чтение Священного Писания, сопровождаемое молитвой, ведет в тому близкому диалогу, в котором читающий слышит Бога и в молитве отвечает Ему с открытым в доверии сердцем». Также считается, что Lectio можно адаптировать для последователей других религий под чтение их писаний – будь то Бхагавадгита, Тора или Коран. Нехристиане могут просто внести соответствующие коррективы, согласно секулярным взглядам. Более того, четыре принципа Божественного чтения могут также быть адаптированы под четыре психических функции Юнга – мышление, чувство, ощущение и интуиция.

Практика Божественного чтения начинается с релаксации, принятия комфортного положения и очищения разума от земных мыслей и забот. Некоторые люди, практикующие lectio, утверждают, что для концентрации им помогает серия глубоких очищающих вдохов и повторение избранной фразы или слова, что помогает освободить разум. Далее они следуют четырем шагам:

Lectio (чтение) ¬– чтение библейского отрывка несколько раз, тихо и медленно. Текст сам по себе не настолько важен, как необходимость прочувствовать каждую часть читаемого, стремление услышать «голос в тишине» из слова или фразы, которые имеют какое-то значение для читающего.

Meditatio (размышления) – размышление над текстом отрывка и о том, как он относится к жизни человека. Это считается очень личным процессом.

Oratio (молитва) – реакция на отрывок, раскрытие сердца Богу. Это – прежде всего не интеллектуальное занятие, а, скорее, начало разговора с Богом.

Contemplatio (созерцание) ¬– слушание Бога. Это является освобождением себя от собственных мыслей, как земных, так и благочестивых, и слушание того, как Бог обращается к нам. Открытие разума, сердца и души для Божественного влияния.

Естественно, связь между чтением Библии и молитвой приветствуется: они всегда должны идти вместе. Тем не менее, следует обращать внимание на опасности, присущие такого рода практикам, а также на поразительную схожесть с трансцедентальной медитацией и другими опасными ритуалами. Она может превратиться в погоню за мистическим опытом, где целью является освобождение разума и обретение какой-то особой личной силы. Христианин должен использовать Писание, стремясь к познанию Бога, мудрости и святости через объективное понимание текста с целью изменения разума истиной. Бог сказал, что Его народ гибнет, будучи лишенным знания (Осии 4:6), а не мистического, личного опыта общения с Ним.

Приверженцы сверхъестественного подхода к тексту стремятся вырывать его из контекста и естественного значения и использовать субъективным, индивидуалистическим, экспериментальным путем, для которого он никогда не предназначался. Именно тут lectio и гностицизм имеют нечто общее. Христианский гностицизм является убеждением, что человек должен владеть «гнозисом» (от греческого «гноско» – «знать») или мистическим, внутренним знанием, полученным только после определенного посвящения. Лишь единицы могут владеть этим мистическим знанием. Естественно, идея владения особым знанием крайне привлекательна и дает «знающему» ощущение важности и уникальности в том, что он имеет особый опыт с Богом, которого не имеет никто другой. «Знающий» верит, что массы не владеют духовным знанием и лишь воистину «просвещенные» могут испытать Божье присутствие. Таким образом, происходит повторное введение в церковь созерцательной или центрирующей молитвы – медитативной практики, сосредоточенной на мистическом опыте с Богом. Созерцательная молитва похожа на практики, используемые в восточных религиях и культах Нью Эйдж, и не имеет какого-либо библейского основания, хотя молящиеся используют Библию в качестве отправной точки.

Более того, абсолютно очевидна опасность, присущая открытию нашего разума и стремлению услышать «божественный» голос. Молящиеся созерцательной молитвой столь страстно желают услышать что-то – что-нибудь – что могут потерять объективность, необходимую для различения Божьего голоса, своих собственных мыслей и демонического воздействия. Сатана и его приспешники постоянно пытаются вторгнуться в умы невинных жертв; и открывать свой разум таким образом является верным способом навлечь на себя беду. Мы никогда не должны забывать, что сатана всегда рыщет рядом, стараясь уничтожить наши души (1 Петра 5:8), и может казаться ангелом света (2 Коринфянам 11:14), внушая обман в наш открытый и восприимчивый разум.

Наконец, отличительной чертой lectio divina являются нападки на достаточность Писания. В то время как Библия говорит, что ее достаточно для христианской жизни (2 Тимофею 3:16), последователи lectio отрицают это. Люди, практикующие «диалоговую» молитву, в поисках особого Божьего откровения просят Господа отбросить то, что Он уже открыл человечеству, как будто Его обетования относительно Своего вечного Слова ничего не значат. Псалом 18:8-12 содержит убедительные утверждения относительно достаточности Писания. Оно – совершенно, возвращает жизнь; верно, несет радость сердцу; светло, просвещает взор; чисто; «праведность и истина» и «вожделенней, чем золото». Если Бог на самом деле имел в виду все, сказанное в этом псалме, то в дополнительном откровении нет нужды, и просить Его об этом означает отвергать то, что Он уже открыл.

Ветхий и Новый Заветы являются словами Господа, которые необходимо изучать, над которыми следует размышлять, молиться и запоминать ради знания и понимания их объективного значения и авторитета Божьего, который они несут, а не из-за мистического опыта или ощущения личной силы и внутреннего мира. Сначала идет основополагающее знание, а тогда приходят длительный опыт и мир как побочный продукт должного знания и общения с Господом. Если человек принимает этот взгляд на Библию и молитву, он вовлекается в тот вид медитации и молитвы, который всегда приветствовали последователи Христа, истинно верящие Библии.

Латиноамериканский разум | Испано-американское историческое обозрение

Ум латиноамериканцев, пишет профессор Зеа, совершенно современный. Другими словами, идеи и взгляды настолько отличаются от колониального мышления, что философская традиция современной Латинской Америки отвергает донациональное. Поскольку этот том является переводом книги Zea Dos etapas del pensamiento en Hispano-América , он возрождает веру в независимость и национализм как в великий исторический разрыв. В бегах от романтизма к позитивизму Зеа почти всю книгу посвятил великим pensadores XIX века.Точка зрения и расположение иллюстрированных авторов прекрасно завершают дискуссию по аналогичной теме о колониальном и / или современном на Чикагском (1963) заседании Конференции латиноамериканских исследований. Зеа и несколько его авторов, которые иллюстрируют тех латиноамериканцев, которые знают свой собственный разум и цивилизацию, считают, что в истории идей современное отличается от колониального.

Одно большое отличие, которое также выделяется в выборе содержания книги, состоит в том, что латиноамериканская мысль стала более социальной, более политической, более озабоченной patria , чем колониальный ум.Современная мысль в ее различных выражениях и у национальных писателей отвергла метафизику, потусторонность. Чувства так же, как и мысли, посвящены нации, реформам, свободе и освобождению от Испании, Европы и «земли всемирной истории». Мысль также должна была освободиться от Старого Света.

Латиноамериканский разум , как книгу и концепцию, следует читать после повторного изучения Герби, Пикон-Саласа, Кроуфорда, Круза Коста и Ромеро в качестве комментаторов, а также самих pensadores .Таким образом, философ попадает в один ряд с писателем, поэтом, эссеистом и социальным писателем, которые также нашли свои идеи только как прекрасные цветы, растущие из корней на знакомой почве. Идеи тесно связаны с политикой, образованием, патриотизмом, социальными изменениями и непосредственными силами, а не с абстрактными истинами или доктринерскими принципами.

Как и ожидалось, книга особенно сильна в дебатах и ​​принятии позитивизма, превосходно помещая эту догму 19-го века на карту всего континента, на Кубе, в Чили, Бразилии и Аргентине, а также в Мексике.Социология Спенсера и позитивизм Конта, обычно отождествляемые, здесь разумно разделены. Хотя чувство эволюции и прогресса пронизывает обоих, они бросили вызов латиноамериканской мысли, чтобы подражать либо английскому акценту на индивидууме, либо французскому акценту на социальном групповом порядке.

Исследование заканчивается 1900 годом, опуская пристрастие этого рецензента: веру в возвращение европейского влияния, влияние испанского «поколения 98» на Латинскую Америку и связи Латинской Америки не только с национализмом. , но к панамериканизму и миру. Латиноамериканский разум не переходит от изоляционистской и националистической борьбы до 1900 года к более широкой, полушарной и глобальной сцене нашего времени. Однако, прежде чем это можно будет сделать, Зеа должна была убедиться в фундаменте. Он сделал это с твердой хваткой и хорошим представлением о том, что он хотел сделать. И история, и литература, как гуманитарные науки, и экономика, история и политика, как социальные науки, обнаружат, что их навыки интерпретации отточены контактом с латиноамериканским Разумом .

Copyright 1964 издательства Duke University Press

1964

Как COVID-19 увеличивает неравенство в Латинской Америке и Карибском бассейне

Реферат
Самые незащищенные домохозяйства на латинице Америка и Карибский бассейн были непропорционально пострадавших от пандемии коронавируса (Covid-19), подвергающей опасности инклюзивный путь развития региона. Высокая частота Телефонные опросы показывают, что через два месяца после начала пандемии, в мае 2020, разрыв между наиболее уязвимыми и наименее уязвимые домохозяйства с точки зрения потери работы и дохода.Неравномерное воздействие вышло за рамки денежных показателей, поскольку неблагополучные домохозяйства страдали от более высокого уровня продовольствия незащищенности и имели меньший доступ к качественному медицинскому обслуживанию и образовательные услуги, такие как онлайн-занятия с учителем. Чтобы пандемия не стерла многолетний прогресс против неравенства, наиболее уязвимым домохозяйствам требуется краткосрочная поддержка для преодоления ограничений ликвидности через страховочные переводы, тем самым гарантируя, что их основные потребности удовлетворены.В среднесрочной перспективе усилия правительства должны быть сосредоточены на восстановлении основного источника доход за счет политики на рынке труда, которая активно поддерживает размещение менее обеспеченных групп и улучшить их трудоустройство. Не менее важно, необходимо ограничить потери, связанные с накоплением человеческого капитала, учитывая долговременные последствия, которые это влечет за собой. Возвращение к очное обучение в соответствии со строгими протоколами биобезопасности поощряется.Когда это невозможно, школы и родители должны обеспечены более совершенными инструментами для поддержки дистанционного обучения.

Цитата

«Клавихо, Ирэн; Мехия-Мантилья, Каролина; Оливьери, Серхио; Лара-Ибарра, Габриэль; Ромеро, Хавьер. 2021. Помните о разрыве: как COVID-19 увеличивает неравенство в Латинской Америке и Карибском бассейне. Всемирный банк, Вашингтон, округ Колумбия. © Всемирный банк. https://openknowledge.worldbank.org/handle/10986/36025 Лицензия: CC BY 3.0 IGO».

Мужская одежда | Векс | Закон США

Обзор

Mens Rea относится к преступным намерениям.Дословный перевод с латыни — «виноватый ум». Множественное число от mens rea равно mentes reae . mens rea ​относится к состоянию ума, которое по закону требуется для осуждения конкретного ответчика за конкретное преступление. См., например. Стейплз против США, 511 US 600 (1994). Установление mens rea правонарушителя обычно необходимо для доказательства вины в уголовном процессе. Обвинение, как правило, должно доказать вне всяких разумных сомнений, что подсудимый совершил преступление в состоянии вины.Судья Холмс классно проиллюстрировал концепцию намерения, когда сказал, что «даже собака знает разницу между спотыканием и пинком».

Требование mens rea основано на идее, что человек должен обладать чувством вины и осознавать свое неправомерное поведение; однако обвиняемому не обязательно знать, что его поведение является незаконным, чтобы быть виновным в совершении преступления. Скорее, ответчик должен осознавать «факты, которые делают его поведение подпадающим под определение правонарушения.

Применение 

Mentes Reae

Если в законе указывается психическое состояние или конкретное правонарушение, суды обычно применяют требуемое психическое состояние к каждому элементу преступления. Более того, даже если закон воздерживается от упоминания психического состояния, суды обычно требуют, чтобы правительство все же доказало, что подсудимый находился в состоянии вины во время совершения преступления. Например, Верховный суд Соединенных Штатов постановил, что федеральные уголовные законы без обязательного психического состояния «должны толковаться как включающие «только то mens rea , которое необходимо для отделения» противоправного поведения от невиновного.'»

Психические состояния обычно организованы иерархически в соответствии с состоянием вины правонарушителя. Как правило, вменяемость психического состояния деятеля соответствует серьезности преступления. Более высокие уровни вины обычно коррелируют с более строгой ответственностью и более суровым приговором. 

Исторически сложилось так, что штаты подразделяли психические состояния на преступления, требующие «общего умысла» и «конкретного умысла». многоуровневая классификация, или различие злого умысла.

MPC и

Mens Rea

Большинство штатов используют классификацию MPC для различных mentes reae . MPC организует и определяет преступные состояния ума по четырем иерархическим категориям:

  1. действие преднамеренно – ответчик имел сознательную цель совершить действие
  2. действие сознательно – ответчик практически уверен, что поведение приведет к определенному результату
  3. действие по неосторожности — Подсудимый сознательно игнорировал существенный и неоправданный риск
  4. действовал по неосторожности — Подсудимый не осознавал риска, но должен был осознавать риск

Таким образом, преступление, совершенное умышленно, повлечет за собой более суровое наказание, чем если бы правонарушитель действовал сознательно, по неосторожности или по неосторожности.MPC сильно повлиял на уголовные кодексы ряда штатов и продолжает оказывать влияние на развитие дискуссии о  mens rea.

Некоторые расширили классификацию MPC, включив в нее пятое состояние ума: «строгая ответственность». Преступления со строгой ответственностью не требуют состояния вины. Самого факта, что подсудимый совершил преступление, достаточно, чтобы удовлетворить любое расследование психического состояния подсудимого. Это отсутствие виновного ума будет действовать как пятое и наименее предосудительное из возможных психических состояний.Для преступления со строгой ответственностью обвинению достаточно доказать, что подсудимый совершил противоправное деяние, независимо от психического состояния подсудимого. Следовательно, виновное состояние ума не имеет отношения к правонарушению со строгой ответственностью. Примеры правонарушений со строгой ответственностью в уголовном праве часто включают хранение и изнасилование по закону. Многие комментаторы критикуют привлечение подсудимых к строгой ответственности из-за отсутствия mens rea .

Злобное намерение

Меньшинство штатов отвергает подход MPC.Вместо этого они применяют два уровня злого умысла, чтобы установить надлежащую ответственность, применимую к тем, кто совершает преступные действия.

  1. Явный злой умысел — совершение преступления с умышленным намерением причинить вред потерпевшему
  2. Подразумеваемый злой умысел — равнодушие к вреду, который может быть причинен потерпевшему вследствие неосторожности или невнимательности подсудимого

 

Перевод «mind» в бесплатном латинско-латынском контекстном англо-латинском словаре

Имя корпуса: Мейснер-Аудена.Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена.Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена.Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: татоэба.Лицензия: Creative Commons CC-BY-2.0. Ссылки: http://tatoeba.org

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: татоэба. Лицензия: Creative Commons CC-BY-2.0. Ссылки: http://tatoeba.орг

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.хтм

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.хтм

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.хтм

Имя корпуса: Мейснер-Аудена. Лицензия: www.gutenberg.org/license Ссылки: https://www.gutenberg.org/files/50280/50280-h/50280-h.htm

Скрытые издержки разумной жизни | Латиноамериканская и латиноамериканская визуальная культура

Бесконечное переключение между восхищением и подозрением — или то, что я называю любовью к визуальной культуре — началось в Бостоне после того, как я эмигрировал из залитого солнцем периферийного городка на окраине плантации сахарного тростника.Мне было тринадцать, когда я оказался в душном классе восьмого класса, который заняла миссис Р., тощая белая женщина с буйно вьющимися рыжими волосами. Миссис Р. совмещала обучение английской грамматике и произношению с уроками акварели и энтомологии. Она также научила нас, как делать камеры-обскуры из жестяных банок, и познакомила нас, группу энергичных темнокожих и коричневых подростков, с мастерами-сюрреалистами. Я помню, как был в восторге от тщательной яркости пейзажей Сальвадора Дали и визуальных выходок Пабло Пикассо.В ее классе я был очарован насыщенными цветами, изяществом зубчатых линий и величием форм. Я был в поисках возвышенного, но госпожа Р. предостерегала от таких наивных желаний. Она настаивала на том, что искусство — это не пробуждение чувств, а средство идеологического разрушения.

В колледже я лакомился восхитительными обманками trompe l’oeil , увлекся исторической живописью и создавал диорамы, которые фотографировал на Konica C35.Однако, несмотря на мою чувствительность к способам спекуляции, которые порождает искусство, мой формирующий опыт работы с художественными институтами не был приятным. Музеи и галереи отталкивали: настенные тексты и этикетки были заумны, цены были недоступны, и эти храмы созерцания требовали, чтобы тело замолчало, чтобы разумно оценить искусство. Прежде всего, выставки были концептуально далекими; они не резонировали с моим опытом или историей. Это чувство отчуждения усугублялось этноцентризмом истории искусства.Обзорные курсы, которые научили меня распознавать жанровые условности и виртуозность мастеров, также научили меня тому, что искусство является исключительной собственностью белых мужчин. Эти же курсы научили меня, по упущению, что никакой творческий дух не может укорениться в Африке, Латинской Америке, на Ближнем Востоке или в Азии. Урок был прост и разрушительен: генеалогия искусства началась и закончилась на Западе; Европа была и центром, и горизонтом эстетической вселенной. Таким образом, мое формальное знакомство с искусством было основано на эпистемологическом насилии исключения.

Женщина, которую я никогда не встречал, научила меня не доверять избитым историям. Я все еще учился в колледже, но стал подозрительно относиться к форме и цвету и начал задаваться вопросом об острых пережитках колониализма. Я отказался от фотографии и занялся коллажем. Я рылся в магазинах подержанных книг в поисках печатных материалов, которые мог бы уничтожить, собрать и заново обозначить. Я нашел ее спрятанной в книге, похожем на ташенское издание работ Пикассо. Ее голос материализовался в виде изящных надписей, вставленных между строк, на полях и рядом с канавкой книги.Она активно использовала звездочки и скобки. Часто она обводила фразу или рисовала стрелку, чтобы направить взгляд читателя на ее быстрые реплики и язвительные реплики. Она была злая. Обида заставила ее завладеть почти каждым пустым местом в книге, где она подбрасывала слова, переросшие в преднамеренную атаку на аргументацию автора. Обычно она писала длинные рассуждения, плотно набитые сверху или снизу, в которых редактора упрекали за то, что он вычеркнул Африку из истории гения Пикассо.Много раз ее ярость сжималась в громоподобных рефренах. Африка!?! Африка!?! Африка!?! истекала кровью из ее пера и попадала мне в кишку. Переверните глянцевую белую страницу, и вот она, Африка!?! Африка!?! Африка!?!, тройное обвинение в стирании, отчаянии и отчуждении, объединенное яростными восклицательными знаками и печальными вопросительными знаками. Если крик «Смотри, негр!» погрузил Франца Фанона в черноту, припев — Африка!?! Африка!?! Африка!?! — вытащила меня из отчуждения. 1 Но что делать с этим проблеском свободы, я знал гораздо позже.В течение многих лет он сидел у меня в ушах как низкочастотный звуковой шум.

Поля были ее мастерской, местом, где она обнажала гротескные образы европоцентристских представлений об истории искусства и почвой, на которой она вписала первенство и центральное место Африки в историю Запада. Наглость инопланетного писца была ошеломляющей. Я никогда не сталкивался с предположением, что искусство и Африка могут быть отражением друг друга.И мне никогда не приходило в голову подвергать сомнению авторитет людей, которые пишут. Ее подстрочные толкования и боковые волнения были упражнением в обезображивании, которое переупорядочивало топосы книги и раскрывало ошибочность канона. Спустя годы, когда я стал аспирантом, я стал интерпретировать ее искажение загадочной истории западного искусства как идеал учености: писать на полях, с полей и о полях.

Встреча с дерзким писцом пробудила во мне желание спасти то, что было вычеркнуто со страниц и ландшафта истории.Что еще более важно, эта случайная встреча навсегда изменила мое представление об образовании. До этого поступление в университет было последним из серии утилитарных актов выживания. Моя мать твердо придерживалась убеждения, что образование было единственным достойным средством избавления от бедности и мерилом, с помощью которого общество определяло мою ценность. Моя мать зарылась в гору долгов, чтобы дать мне образование. Поскольку тем из нас, кто борется на окраинах плантаций, в гетто богатых городов и нищих поселках на фоне холмистых прерий, позволено владеть лишь самым минимумом для поддержания жизни, роскошь — включая развитие ума — может быть куплена только в кредит под высокие проценты.Фотография, которую я храню среди других хрупких сувениров, не может задокументировать транзакции, лежащие в основе моего образования, но она раскрывает перформативные механизмы, посредством которых идеология образования как сыворотки, превращающая порабощенного в настоящего представителя среднего класса, ритуализируется (рис. 1). .

РИСУНОК 1.

Открытие школы Святого Сердца, Пуэрто-Техада (Каука), Колумбия, 1979 г. Предоставлено автором.

РИСУНОК 1.

Открытие школы Святого Сердца, Пуэрто-Техада (Каука), Колумбия, 1979 г. Предоставлено автором.

Режим закрытия

Согласно надписи на обороте, сделанной моим отцом синими чернилами самоуверенным почерком, на этой фотографии запечатлено открытие в 1979 году Школы Святого Сердца в Пуэрто-Техада, Каука, Колумбия. Президент республики Хулио Сезар Турбай Айяла приехал в город, чтобы перерезать ленточку — церемония, которая освятила государственную власть как доброжелательную.На переднем плане стоят четверо статных черных козлят; Я являюсь одним из них. Другие дети на сцене обращают внимание, смотрят в камеру. Я не. Я щурюсь и указываю глазами куда-то за пределы толпы. Позади меня красивый мэр города Мигель Гомес, одетый в костюм и галстук, кокетливо улыбается фотографу. Слева от него в центре композиции стоит глава государства. Белый старик в очках не выглядит президентом; скорее, на этом снимке мы видим его как священника.Захваченная в середине движения, его рука выглядит так, словно собирается помазать ребенка перед ним водами мудрости крещения. Другое заметное присутствие — это бестелесное лицо госпожи Золии, моей воспитательницы. Она улыбается, восхищаясь учениками. Мы, избранная четверка, были лучшими в каждом из ее классов. Мы были образцами для подражания, мы послушно учили азбуку, мы сидели спокойно, мы были вежливы и прилежны. Мне едва исполнилось пять лет, и я торжественно наслаждаюсь славой того, что меня восхваляют как будущее расы.Вот я: реквизит для фото, гражданин в процессе становления, лучший ученик дошкольного учреждения.

Торжественность моя, оказывается, не имела ничего общего с состоянием моей души в тот день. Мне было больно. В том году я ходил в школу в шлепанцах, но в день открытия школы Святого Сердца я надел туфли своего двоюродного брата. По словам моей мамы, я плакала, потому что они были слишком малы и у меня болели ноги. Кредита, который она получила, чтобы отпраздновать способности дочери к обучению, было недостаточно.Никогда не было достаточно — выбор, какую потребность удовлетворить, был правилом: униформа или обувь; arepas с яйцами или без них. На этот раз небольших денег, которые она заняла, хватило только на ткань для новой униформы и на оплату услуг швеи. Итак, я стоял, четкий и блестящий, рядом с президентом. Меня публично прославляли за мою рассудительность, а про себя я мучился из-за обжигающей боли бедности.

К тому времени, когда эта фотография стала частью моего наследства, общие расходы моей матери на мое образование были не поддающимися учету.Я заплатил за колледж серией «векселей» на десятки тысяч долларов. Эта непреодолимая цепочка нулей платила за привилегию овладения приемами риторики, внимательного чтения и формального анализа; финансировал мое знакомство с Sojourner Truth, Карлом Марксом и резней в Эль Мозоте; финансировал мой спуск в недра замка Эльмина; спонсировал мое открытие Анджелы Дэвис, К. Л. Р. Джеймс, Патрисии Хилл Коллинз, Фейт Рингголд, Этот мост звал меня обратно , Альмы Вудси Томас и Borderlands/La Frontera .За счет долга я финансировал свое понимание механики колониализма. Чтобы узнать, что угнетение носит систематический характер, что оно заражает все, я перенастроил химию моих глаз и фокус моего зрения. Мое зрение жаждало быть развлеченным, в глубочайшем смысле этого слова, черным искусством, черными способами видения мира.

Я начал рассматривать науку как карьеру, потому что хотел понять, как создается чернота, как черные люди думают о себе.Я не имел в виду какую-то особую дисциплину, единственное, в чем я был уверен, так это в том, что мне нужно понять социально-политическую и идеологическую архитектуру колониализма, чтобы я мог работать над устранением его последствий. Я хотел быть «просвещенным активистом».

Стипендии выпускников и еще одна цепочка нулей, обеспеченная «векселями», принесли мне степень доктора философии. Я научился расшифровывать значение прибавочной и меновой стоимости, порабощенного труда и расового дискурса в Латинской Америке.Когда я вспоминаю свое обучение в докторантуре, я нахожу наиболее ироничным то, что, хотя семинары были испытательным полигоном для новаторских теоретических подходов к угнетению, вопрос классовой иерархии в университете не попал в учебную программу. Мы часами критиковали насильственные процедуры исключения, от которых зависят западные литературные, философские и эстетические каноны, но я не припомню дискуссий о современных барьерах, которые делали университет и, следовательно, само знание белоснежными и привилегированными.Финансовые, социальные, расовые и классовые системы, поддерживающие университет, были невидимы и невидимы.

Я не унаследовал ничего, кроме старых фотографий и своей рабочей силы. Большинство моих коллег унаследовали хорошие манеры, привычки и опыт, благодаря которым можно попасть на красную ковровую дорожку в башню из слоновой кости. Хотя несколько младших офицеров проникли в университет, число нарушителей упорно остается небольшим.По данным Национального центра статистики образования, в 2016 году в высших учебных заведениях США, присуждающих ученую степень, насчитывалось 1,5 миллиона преподавателей. Большинство преподавателей — белые: 41% — белые мужчины и 35% — белые женщины. Неудивительно, что количество преподавателей из исторически маргинализированных этнических и расовых групп болезненно мало. Опрос показывает, что 10 процентов профессоров в США идентифицируют себя как жители азиатских/тихоокеанских островов (6 процентов — мужчины, 4 процента — женщины).Остальные 14 процентов составляют: чернокожие мужчины (3 процента), чернокожие женщины (3 процента), латиноамериканские мужчины (3 процента) и латиноамериканки (2 процента). Американские индейцы/коренные жители Аляски и представители разных рас учитываются вместе; их присутствие почти статистически незначимо и составляет 1% от общего числа людей, принадлежащих к профессии. 2 Более того, те из нас, кому удается войти в академические коридоры, находятся в невыгодном экономическом положении. В обзоре заработанных докторских степеней США за 2015 год сообщается, что «примерно половина американских индейцев или коренных жителей Аляски, а также чернокожих или афроамериканцев, получивших докторскую степень, и более 40% латиноамериканцев или латиноамериканцев, получивших докторскую степень, принадлежали к семьям, в которых ни один из родителей не получил высшее образование. 3 Мне не нужно приводить эти цифры, чтобы напомнить вам, что мы меньшинство.

Я цепляюсь за эти номера. Эти цифры подтверждают, что мы уникальны; что мы сделали это. Эти цифры напоминают мне, что я не одинок. Мы осмелились поверить, что разум может вселиться в нас, и мы можем вселиться в разум, и этот беспрецедентный прыжок веры пробил брешь в структуре. Несмотря на то, что нас мало, каждый день мы создаем исследования, которые нарушают правила, выдвигают на первый план скрытое и меняют условия основополагающих дебатов в области истории искусства и исследований визуальной культуры.Мой текущий исследовательский проект, например, направлен на восстановление и определение места ряда забытых проектов репрезентации, созданных афро-бразильскими деятелями культуры, которые расшатывают закостенелые изображения воплощения чернокожих в неспокойные годы между отменой торговли рабами (1850 г.) и официальный конец рабства в Бразилии (1888 г.). В книге под предварительным названием « Компромиссные портреты: визуальное и литературное воплощение черной субъективности в Бразилии девятнадцатого века » я показываю, что символическое конструирование черноты было не замкнутым циклом объективации, а, скорее, заряженным предприятием, зависящим от политической среды, эстетики. жанр и способы обращения.Я отслеживаю, как портретная живопись, жанр, который активно отказывался изображать второстепенных персонажей, была вынуждена приспосабливаться к кадрам чернокожих мужчин, которые стали печально известными популярными фигурами и, таким образом, достойны визуального увековечивания. Я также выдвигаю на первый план литературные произведения, такие как « Úrsula » Марии Фирмины душ Рейс (1859 г.), первый аболиционистский роман, написанный чернокожей женщиной в Бразилии, в котором представлены многомерные черные персонажи — персонажи, которые рассказывают свою собственную историю, критикуют статус-кво и, таким образом, обеспечивают план для воображения черной субъективности.Я утверждаю, что рассматриваемые визуальные и литературные культурные объекты иллюстрируют то, что я называю скомпрометированными актами портретной живописи , то есть визуальные и текстовые перформансы, которые нарушают общепринятые условности и обеспечивают сложные линии бегства от овеществленных эстетических и дискурсивных типологий. Взятые вместе, эти проекты репрезентации способны изменить грамматику портретной живописи, чтобы выявить самоопределившихся, хотя и осажденных, черных субъектов. Предприняв интегрированное чтение живописи, литографии, фотографии и журналистики, я рисую более тонкую картину повстанческих программ репрезентации, которые стремились возродить черную субъективность.Это своего рода исследование, которое я всегда любил проводить: раскопки неслыханных нарративов, чтобы усложнить картину того, что, как мы думаем, мы знаем.

К сожалению, смысл статистики, которую я привел выше, всегда сводится к печальной реальности, что легче верблюду пройти через игольное ушко, чем цветному человеку заселить академический мир. Преувеличение, пожалуй. Но содержательные цифры смотрят на нас; они преследуют меня.Они являются источником конфликта. Это жестокое напоминание о том, что университеты — это оплоты привилегий. Поощряю ли я цветных студентов вступать в ряды и мало-помалу разрушать стены, которые нас не пропускают? Или я использую цифры как предостережение? И от чего я предостерегаю? Ведь университет, как и большинство пространств в американском обществе, порождает микроагрессии, крошечные проколы в душе, которые медленно, как налет, накапливаются, в конечном счете гнув спину и истощая волю.

Я считаю, что академические устремления таких людей, как я, следует развивать и всячески поддерживать.И наоборот, было бы упущением, если бы я не признал, что работа в университете — это ежедневная борьба с институциональным расизмом, маргинализацией и женоненавистничеством. Мы, подчиненные академики, считающие, что университет должен быть пространством, населенным всеми, должны задаться вопросом: какую цену мы готовы заплатить, чтобы стать учеными? Хотя я считаю, что мы должны активно заниматься производством знаний, мне становится все труднее направлять свою рабочую силу на дальнейшее обогащение белого 1 процента.Для меня цена слишком высока с точки зрения психической боли, изоляции и финансовой нестабильности, если назвать лишь некоторые из них. я не наивен; мне ясно, что большинство институтов в нашем обществе существуют для поддержания статус-кво. В моем случае, однако, удовольствие, которое я получаю от проведения исследований, написания статей и преподавания, перестало быть противоядием от ноющего чувства, что я мамочка. Знакомство с «инаковостью», геополитикой Глобального Юга и эстетическими языками, разработанными угнетенными, всему этому я обучаю, стали необходимыми навыками для класса белых воротничков, которые необходимы для управления транснациональным капиталом.Я вижу, что мой труд — это молоко, которым питается младшая часть буржуазии США.

Подозрительный оптимизм, поддерживавший мои академические устремления, испарился под тяжестью миллионов микроагрессий. Для меня пришло время провести инвентаризацию и переоценить, как я/мы должны инвестировать активы, которые я/мы приобрели в академических кругах. Прошло два десятилетия с тех пор, как лысый писец, живший на полях книги о Пикассо, изменил направление моего существования, продемонстрировав силу критики.Я давно потерял эту книгу, но я ищу ее слова в границах своей памяти. На этот раз я хочу, чтобы она была моим проводником, пока я выхожу из башни из слоновой кости на обратном пути в пыльный город на краю плантации сахарного тростника, где началась моя история.

Беатрис Э. Баланта
Южный методистский университет

1.

Франц Фанон, Black Skins, White Masks (Нью-Йорк: Grove, 1991), 111–12.

© 2019 Регенты Калифорнийского университета. Все права защищены. Пожалуйста, направляйте все запросы на получение разрешения на фотокопирование или воспроизведение содержания статьи через веб-страницу Reprints and Permissions издательства Калифорнийского университета, https://www.ucpress.edu/journals/reprints-permissions.

2019

Эдуардо Галеано дезавуирует свою книгу «Вскрытые вены»

«Я обедала с ним менее года назад, и для меня он был тем же человеком, страстным, болтливым, интересным и забавным», — сказала она о мистере Джордане.Галеано в телефонном интервью из Калифорнии, где она сейчас живет. «Возможно, он изменился, и я этого не заметил, но я так не думаю».

В середине 1990-х трое сторонников политики свободного рынка — колумбийский писатель и дипломат Плинио Апулейо Мендоса, находящийся в изгнании кубинский писатель Карлос Альберто Монтанер и перуанский журналист и писатель Альваро Варгас Льоса — отреагировали на г-на Галеано полемикой. их собственного «Путеводителя по идеальному латиноамериканскому идиоту». Они отвергли «Открытые вены» как «библию идиота» и свели ее тезис к одному предложению: «Мы бедны; это их вина.

Г-н Монтанер ответил на недавние замечания г-на Галеано записью в блоге под названием «Галеано исправляет себя, а идиоты теряют свою Библию». В Бразилии Родриго Константино, автор книги «Икорные левые», выступил с еще более резким тоном, обвинив анализ и рецепт г-на Галеано во многих бедах Латинской Америки. «Он должен чувствовать себя действительно виноватым за ущерб, который он причинил», — написал он в своем блоге.

Но у мистера Галеано по-прежнему есть защитники. В дискуссии на сайте испанской газеты El País один из участников отметил, что в мире, где доминируют Apple, Samsung, Siemens, Panasonic, Sony и Airbus, Mr.Сетования Галеано о том, что «богиня технологий не говорит по-испански», кажутся еще более пророческими, чем в 1971 году.

На своей странице в Facebook Камило Эганья, кубинский эмигрант, ведущий программы «Mirador Mundial» на CNN en Español, вспомнил встреча с г-ном Галеано в Гаване в 1980-х годах и слушание его рассказа о человеке, который впервые взял своего сына в океан. «Перед лицом этой бесконечной синевы ребенок сказал мужчине: «Папа, помоги мне видеть», — вспоминает г-н Эганья.

«Вот что сделал Галеано со своей книгой спустя 43 года после ее публикации»,– заключила Эганья. «Спасибо.»

Инаугурационная диссертация о бесстрастности человеческого разума (1734) (латиница и английский)

Страница из

НАПЕЧАТАНО ИЗ OXFORD SCHOLARSHIP ONLINE (oxford.universitypressscholarship.com). (c) Copyright Oxford University Press, 2022. Все права защищены. Индивидуальный пользователь может распечатать PDF-файл одной главы монографии в OSO для личного использования. Дата: 23 апреля 2022 г.

Глава:
(стр. 153) III Инаугурационная диссертация о бесстрастности человеческого разума (1734) (латиница и английский язык)
Источник:
Философские диссертации Антона Вильгельма Амо о разуме и теле
Автор(ы):

8 Стивен Менн 9 Э.H. Smith

Издатель:
Oxford University Press

DOI: 10.1093/OSO/9780197501627.003.0003

. the Human Mind, , а также хвалебные письма Амо от его учителя Мартина Лешера и ректора университета Иоганна Крауса. В этой работе Амо утверждает, что на ум нельзя воздействовать, что ощущение — это бытие, на которое действует ощущаемый объект, и, следовательно, это ощущение не принадлежит разуму, а должно принадлежать телу.Амо пытается разоблачить и разрешить внутренние противоречия более ранних философов, включая Декарта и Сеннерта, относительно того, что чувствует разум или тело.

Ключевые слова: дуализм, интенциональность, проблема разума и тела, причинность, Рене Декарт, Даниэль Сеннерт

Oxford Scholarship Online требует подписки или покупки для доступа к полному тексту книг в рамках службы. Однако общедоступные пользователи могут свободно осуществлять поиск по сайту и просматривать рефераты и ключевые слова для каждой книги и главы.

Пожалуйста, подпишитесь или войдите, чтобы получить доступ к полнотекстовому содержимому.

Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому названию, обратитесь к своему библиотекарю.

Для устранения неполадок см. Часто задаваемые вопросы , и если вы не можете найти ответ там, пожалуйста, Связаться с нами .

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.