Menu

Мауи племя: Приключения Мауи — Сказка | AudioBaby

Приключения Мауи — Сказка | AudioBaby


Далеко в океане качалась на волнах колыбель из морских водорослей, а над ней кружили птицы. В колыбели лежал младенец, и ничто, кроме водорослей, не защищало его от птиц и хищников океана. Это был Мауи, малютка Мауи, обернутый в волосы своей матери Таранги.
В конце концов море выбросило колыбель на берег, и тут птицы осмелели, а мухи гроздьями облепили колыбель. Водоросли высохли и искрошились, мухи добрались до нежной кожи младенца, и он заплакал.
Бог Тама услышал плач. Он спустился к колыбели, взглянул на посиневшее тельце Мауи, осторожно взял ребенка на руки и поспешил домой — в поднебесье. Дома он положил младенца под стропилами, и ребенок скоро согрелся от струи теплого воздуха, который поднимался над очагом. Малыш рассмеялся и весело замахал руками.
Так счастливо окончилось первое приключение Мауи, так его спас от гибели старец из поднебесья.
Мауи подрастал, и бог Тама охотно делился с ним своей мудростью. С помощью Тамы Мауи изучил повадки птиц и их язык, хитрые уловки рыб, научился играть в детские игры и узнал, о чем беседуют старики, когда сидят по вечерам вокруг огня.

Мауи рос высоко в горах, он познакомился со всеми обитателями горных лесов и выучил заклинания, с помощью которых подружился с лесным народом. И наконец он узнал, где живет его мать.
— А теперь я вернусь к своему племени, — сказал однажды Мауи.
— Да, ты вернешься к своему племени, — с грустью подтвердил Тама. — Ты покинешь старика, который научил тебя разным премудростям. Ты совершишь немало подвигов, тебя ждет много приключений, но последнее твое деяние затмит все предыдущие, хотя ты и проиграешь последнюю битву. Сын мой, я не стану говорить, что это за битва. Хорошо, что она будет, и неважно, что ты ее проиграешь. Мы все будем побеждены в этой битве… Но память о тебе, Мауи, сохранится навеки. А теперь торопись, сын мой, мир людей ждет тебя.
Мауи помчался по песчаным дюнам. Он поднимался на холмы, спускался в долины и шел все дальше и дальше на запад. Наконец далеко впереди показалась хижина с тонким завитком дыма над крышей, и Мауи сразу почувствовал, что это дом его матери.
Начало темнеть. Когда Мауи оказался у двери, стало совсем темно. Он заглянул внутрь и увидел, что на земле горит огонь, а в хижине плавают кольца дыма. Мауи тенью проскользнул внутрь и, никем не замеченный, сел позади одного из своих братьев. В это время мать подошла к детям и сказала:
— Тот, кого я назову, пусть встанет, и мы будем танцевать Мауи-таха! Старший сын встал.
— Вот мой первенец, Мауи-рото! Вот мой второй сын, Мауи-пае! Вот третий, Мауи-вахо! Вот четвертый. Все мои сыновья готовы танцевать.
Тогда малыш Мауи встал и вышел из мрака на свет.
— Я тоже Мауи.
— Нет, нет, ты не Мауи! -удивилась мать. — Все мои сыновья здесь, дома. Я сама их пересчитала.
— Я Мауи, -стоял на своем мальчик. -А они-мои братья. Вот посмотри, я знаю, как их зовут: Мауи-таха, Мауи-рото, Мауи-пае, Мауи-вахо. И я тоже пришел к тебе, я, малыш Мауи.
— Я тебя никогда не видела, — ответила мать. — Нет, малыш, ты не Мауи. Откуда ты взялся?
— Из моря. Волны были моей колыбелью, рыбы и птицы хотели сожрать меня, но я был запеленут в волосы моей матери.
Мать взяла горящую щепку и поднесла к лицу Мауи.
— Как меня зовут? — вдруг спросила она.
— Тебя зовут Таранга, ты моя мать.
Тогда Таранга наклонилась и обняла Мауи.
— Ну конечно, ты мой маленький Мауи. Теперь ты снова со мной. Ты будешь пятым Мауи, и мы будем называть тебя Мауи-ти-китики-а-Таранга — Мауи, что был запеленут в волосы Таранги. Ты будешь жить здесь, с нами, и снова станешь моим маленьким сыном.
Появление Мауи-ти-китики-а-Таранга стало сущим наказанием для четырех братьев. Когда они запускали змея, выше всех взлетал змей малыша Мауи. Когда они играли в салки, быстрее всех бегал Мауи. Когда они бросали дротики, дальше всех летел дротик Мауи. Когда мальчики состязались, кто дольше может не дышать, победителем снова оказывался Мауи. Когда они плавали и ныряли, храбрейшим всегда был Мауи. Мауи дружил со всеми лесными обитателями и с помощью заклинаний, которым его научил Тама, мог в любую минуту превратиться в птицу и улететь от рассерженных братьев.
Глупые и неповоротливые, братья возненавидели Мауи за ловкость и удачливость, за то, что он постоянно поднимал их на смех. Но ненависть братьев не трогала Мауи. Подразнив их, он уходил в лес и играл с птицами. Только одна мысль тревожила Мауи: он ни разу не видел отца. Ночь за ночью Мауи засыпал на полу около матери, а утром, когда он просыпался, ее уже не было, и она не появлялась до самого вечера.
— Куда наша мать уходит каждый день? — спросил Мауи у братьев.
— Откуда мы знаем!
— Вы живете здесь дольше меня!
— Может быть, она уходит на север, а может, на юг, или на восток, или на запад. Какое нам дело! — отговаривались братья.
Мауи понял, что они ничего ему не скажут, и решил узнать сам.
Однажды вечером Мауи притворился спящим, а когда услышал ровное дыхание матери и уверился, что она спит, подкрался к ней, взял ее красивый пояс и набедренную повязку и спрятал под свою циновку. Потом он обошел окна и закрыл их так плотно, что не осталось ни щелочки, через которую утренний свет мог проникнуть в дом.
Рано утром мать проснулась и встала посмотреть, не рассвело ли. Снаружи облака уже окрасились в розовый цвет, но в дом не пробился ни один луч света. Мать снова легла и уснула. Когда она проснулась во второй раз, в доме по-прежнему было темно, но снаружи уже пели птицы. Таранга вскочила, распахнула окна и увидела, что все вокруг залито солнечным светом. Она протянула руку за поясом и повязкой, но не нашла их

Правила жизни маори

«Моя Планета» беседует с жителями самых разных уголков мира, чтобы узнать, что важно для них в жизни

Правила жизни

Адам Вехи Ранджахо, 45 лет, учитель, провинция Руатоки, Новая Зеландия

Делая татуировку на все лицо, мужчина дает обещание никогда не бить женщину

Маори первыми заселили Новую Зеландию больше тысячи лет назад. Это вообще одно из последних мест на планете, которое заселил человек.

У нас есть легенда о том, как полубог-получеловек Мауи выловил два острова из океана — как рыбу. Получается, мы живем верхом на рыбе.

Я знаю своих предков на 50-60 поколений, по крайней мере по отцовской линии. История моей семьи восходит к легендарному полинезийскому мореплавателю Таматеа-Арикинуи, который, в свою очередь, произошел от полубога Мауи.

Когда-то наши владения простирались на тысячи и тысячи островов, покрывающих до трети планеты.

Маори — великолепные мореходы. Наши предки умели валить огромные деревья каменными инструментами и строили такие морские суда, на которых могли уплыть куда угодно в Тихом океане: от острова Пасхи до Гавайев, вниз до Антарктиды, Австралии и Таити. 200 человек в лодке — с легкостью!

В татуировки маори заложен глубокий символизм, уникальный для каждого племени и той земли, откуда оно происходит. Традиционный элемент — спираль. Она символизирует цикл жизни, рост, семью.

Моя татуировка на лице называется «моко канохи». Это древний символ ненасилия. Делая татуировку на все лицо, мужчина дает обещание никогда не бить женщину. Большинство людей, включая самих новозеландцев-немаори, не знают эту историю. Они по-прежнему думают, что это символ варварства и жестокости, но если два маори смотрят друг на друга, они понимают, что дали обещание сражаться за своих женщин и детей. До смерти.

Не все маори покрывают тело татуировками. В современном обществе приходится несладко. Маори в Новой Зеландии меньшинство, мы почти ничем не владеем. С татуировкой трудно устроиться на работу и даже снять квартиру.

Не мне рассказывать, что маори  хорошие воины, это и так известно. Мы выиграли множество сражений у англичан, но проиграли главную битву за свои острова.

Мое племя не может вспомнить ни одной войны за 200 лет до того, как на островах появились переселенцы из Европы. А до этого маори были просто рыбаками, садоводами, резчиками по дереву, родителями своих детей, сочинителями песен.

В древности у маори было много богов. Сейчас большинство маори исповедует христианство. Я — нет, несмотря на то, что работаю учителем в католической школе.

Что для меня значит быть маори? Мои корни уходят глубоко в эту землю. Мы поддерживаем хорошие отношения друг с другом. И больше всего гордимся принадлежностью к семье, клану, племени и земле.

У маори принято заботиться о гостях: поить и кормить, дарить подарки и оказывать любую помощь, если потребуется. Маори отдаст последнее, включая свой обед, лишь бы быть уверенным, что гость не испытывает нужды.

Девиз моего племени звучит так: «Тюхой, моумоу каи, моумоу таонга, моумоу тангата ки те по» («Племя накормит щедро, раздаст сокровища и своих воинов, которые будут сражаться до смерти»).

Я живу на земле предков в фургоне, где нет электричества, водоснабжения и других благ цивилизации. Но я не плачу за аренду жилья и земли, не плачу налоги и не плачу за телефон или свет. Стараюсь жить вне системы, насколько это возможно. Единственная современная вещь, которая у меня есть, — это две машины и интернет в телефоне.

На племенных землях свободно. Здесь я могу делать все, что душе угодно. У нас тут свои правила. Мне повезло жить именно так, потому что большинство маори уехали в города, подальше от родных земель, чтобы жить западной жизнью.

Самое главное в жизни — заботиться о семье и друзьях, учить и учиться самому и быть добрым к каждому, несмотря на его национальность, цвет кожи или вероисповедание.

Я преподаю язык маори. Все могут говорить на нем. «Мир» будет «ранджимари», «любовь» — «ароха», «счастье» — «харикоа», «добро» — «паи», «вера» — «поно», «правда» — «тика», «свобода» — «ватеа».

Куда подевалась любовь? Любовь начинается с заботы о семье.

Новая Зеландия по-русски 

Правила жизни аборигена-полукровки

Почему Зеландия — Новая?

Дары Мауи — Surf Discovery

Во всём многообразии культур нашей планеты вода играет едва ли не главную роль. Она — символ жизни, течения времени, потоки которой напоминают зыбкость надежд, и неопределенностью форм она похожа на мечту. А у какого человека не возникало желания воплотить эту мечту, пронестись на ней, ощущая, как она становится упругой и, поднявшись на самый гребень, понять, что этот путь к мечте и есть сама мечта!

Мауи Тики-тики родился недоношенным, и его мать, Таранга, запеленав его в собственные волосы, положила на океанские волны. Океан качал Мауи, океан вырастил из него хитреца, и хитрец, сделав волшебный крючок из челюсти своей бабушки, похитил у океана, вытянув на поверхность, рыбу-землю. С тех пор океан, силясь вернуть её себе, накатывает ей на спину волны. А Мауи, обманув богов, научил людей, как показать своё превосходство над океаном, сделав из дерева вили-вили оло — доску для катания на волнах. И вот люди качаются на волнах, напоминая себе и богам о том, что каждый из них достоин своего учителя — колдуна Мауи.
Некоторые исследователи, сторонники теории о заселении Полинезии выходцами из Южной Америки, считают родиной сёрфинга прибрежные районы современного Перу. Но вряд ли это так. Скорее сёрфинг, возможно, как одна из составляющих религиозных обрядов, развился в Полинезии непосредственно, не зависимо от азиатской или американской культур.

В пользу американской версии развития этого искусства говорит факт об обнаружении в Перу своеобразных плавсредств, по форме очень напоминающих современные доски для сёрфинга, хотя культурный слой, к которому принадлежат эти находки имеет солидный возраст. И, разумеется, доказанная Туром Хеердалом теория американского заселения Полинезии наводит на ту же мысль.
Тем не менее, в мире существует ещё одно, при этом исторически несвязанное с Полинезией место, где существовали своеобразные формы серфинга. К примеру, на атлантическом побережье Африки, в районах Сенегала, Берега Слоновой Кости, Ганы молодёжь с успехом занималась бодисёрфингом, бодибордингом, а рыбаки, выходя на промысел на чем-то напоминающем доски, умудрялись во время возвращения, преодолевая прибой, даже встать на них.
Как видно из этого, доски в Африке использовались как примитивное средство передвижения по воде, а бодисёрфинг и бодибординг были доступны всем и каждому, в то время как на Гавайском архипелаге это занятие было привилегией исключительно высшего жречества, аристократии и членов королевской фамилии.
И здесь возникает вопрос, чем же считать сёрфинг, спортом, то есть средством достижения некого гипотетического удовлетворении посредством экстремальных ощущений, или чем-то большим? Ведь существует версия об обрядовой роли серфинга, используемого преимущественно среди племён Гавайского архипелага, при проведении инициаций и совершении иных культовых действий.
В своих заметках о посещении острова Таити в 1777 году капитан Джеймс Кук упоминал, как местный житель ловил волны на каноэ исключительно из любви к искусству. Однако, несмотря на райские атрибуты тихоокеанских архипелагов, — бесконечное цветение гибискусов и орхидей, жизнь посредством примитивного земледелия, рыбной ловли, собирательства и охоты экстремальна сама по себе, о чем говорит опыт жизни того же Хеердала на о. Нукухива. И вряд ли у туземного населения находилось время на поиск ещё каких-то экстремальных ощущений.
Это, кстати, объясняет в некотором роде, почему сёрфинг был уделом аристократии: последние имели на это время и, самое главное, являлись потомками того или иного божества местного пантеона и самого Мауи в том числе.
Но как бы там ни было, чем бы не являлся сёрфинг, в какой бы точке мира он не появился в каком угодно качестве, в современном понимании он имеет полинезийские корни. И, рассматривая сёрфинг не просто как некий вид океанийской атлетики, а как субкультуру, можно смело утверждать, что в её основу легли впечатления человека ставшего, первым обладателем «дара Мауи».
Орнаментальное и фигуративное украшение орудий и бытовых предметов имеет очень древнюю традицию, доказанную археологическими материалами, относящимися к эпохе верхнего палеолита. У человека с сознанием сформированным постоянным сравнением физических явлений и своих духовных реакций на них, возникала потребность в выражении ощущений. Следствием чего явился своеобразный «алфавит» символов. И, разумеется, искусства papa he` e naly (т.е. сёрфинга) как способа достижения ярчайших впечатлений от переживания физического явления, не могла минуть традиция «украшательства».
Оло изготавливались с соблюдением многочисленных обрядов и нанесением символов сакрального характера. Поскольку доски делались из дерева, то рисунок часто гравировался. При этом иногда в рисунке использовались те же мотивы, что и в татуировке предполагаемого обладателя доски. Здесь следует заметить, что полинезийская татуировка была не только формой украшения. Но являлась значимой традицией нередко восходящей к причинам религиозного происхождения. И, кстати, один из способов её выполнения, имеющий название мокко, по технологии сходен с резьбой по дереву. Длина оло варьировалась от 2,7 до 5.5м., при этом доски могли весить порядка 70 килограмм.
Исследователь влияния мирового океана на культуру и цивилизацию народов — проф. Манн-Боргезе пишет, что в 19 в. сёрфинг, как вид спорта, пришел в упадок. Но в 19 столетии он не был распространён вне Полинезии, а значит, и не переживал подъёма. И то, что называют упадком спорта, скорее следует считать общим упадком религиозно культурных традиций вследствие нередко насильственного внедрения цивилизации и христианства в туземный быт. Однако, мало помалу, волшебство тихоокеанских архипелагов подчиняло миссионеров от креста и прогресса и, многие местные традиции были восстановлены, хотя и не всегда в прежнем качестве, как в случае с сёрфингом, который, вероятнее всего, тогда и стал спортом.
И в этом качестве, в период между 1885- 1899 гг. сёрфинг перебрался на континент с лёгкой руки женщины хапа- хаоле , (т.е. смешанная кровь). Принцесса Каиулани, дочь губернатора Клегорна и сестры короля Калакалуа, оставила Гавайи и перебралась в Англию с целью получения образования соответствующего происхождению. По окончанию учёбы, она вместе с отцом отправилась в путешествие по Европе. Общество восхищалось ей как прелестной женщиной, хорошим музыкантом и пловцом. И она часто демонстрировала европейцам своё искусство катания, открывая им «новый вид спорта». Но настоящее возрождение сёрфинг пережил в период с 1903 по 1908 гг. В это время сёрфинг находит поддержку в лице энтузиастов не только полинезийского происхождения, но и европейского, чему способствовал двукратный олимпийский чемпион по плаванию Дьюк Каханамоку. А в 1915г. он же раздвинул границы сёрфинга до берегов Австралии, начав кататься в Сиднее на пляже Фрешуотер-бич.
Также огромное влияние на распространение этого искусства оказал Джордж Фритт, родившийся в 1883г. В шестнадцатилетнем возрасте он освоил технику катания стоя, вместо принятой ранее лежачей, на доске преподнесённой ему в дар дядюшкой, гавайским принцем.
Кстати, не менее заметным является вклад писателя Джека Лондона, упоминавшего в своем рассказе «Алоха Оэ» о технике катания стоя с помощью небольшого весла, между прочим, самим Лондоном освоенной и названной им «спортом богов и героев».
Итак, с помощью Фритта, который экспериментировал с размерами, вдвое укорачивая использовавшиеся ранее доски, и при литературном посредстве Джека Лондона сёрфинг перебирается в США. А в частности в Редондо- бич (Калифорния), куда Фритт был приглашен для организации сёрф-шоу в целях рекламы железнодорожной ветки из Редондо в Лос-Анджелес.
А в 1930 г. Том Блейк, уже имевший патент за изобретение полой доски, делает шаг, ставший в некотором роде поворотной вехой в истории развития сёрфинга. Он укрепляет небольшой плавник с днища, у задней части доски. Это облегчает манёвренность, добавляет устойчивость при поворотах.
Ранее, на традиционных досках, ничего подобного не было; для совершения поворота, сёрфер вынужден был опускать либо ногу, либо руку в воду. Примерно в то же время, некто Пит Петерсон экспериментирует с бальзой, деревом имеющим легчайшую древесину, до сих пор используемую в авиастроении, что позволяет значительно снизить вес досок. И ему же, после второй мировой войны, лос-анджелесской компанией по производству пластмасс, были предоставлены материалы для изготовления первой доски на стекловолоконной основе.
И пятидесятые годы 20го столетия открывают золотую страницу этого «дара Мауи».
Но этом Мауи не остановился. Хитрец, покинув жемчужный, грохочущий прибой, устремился к заснеженным горным вершинам и стал скатываться на доске с их склонов. Ворвался в духоту мегаполисов, чтобы на той же доске промчаться по горячему асфальту. Вновь вернулся в прибой и покорил ветер, на свою доску поставив парус, и, чтобы совсем показать своё превосходство над богами, поднял человека на доске под облака — скользить на небесных струях! Мауи Тики-тики подарил человеку путь к мечте, который на поверку и оказался мечтой.

Никита Замеховский

Девушка-плюс в кино: мультфильм «Моана» — Официальный сайт Милы Левчук

В рубрике #девушкаплюсвкино новая диснеевская принцесса #Моана.

Хорошая, потрясающе красивая история! Но что важно, она про девушку-плюс.

Родители растят Моану минусом — внушают ей, девочке, ответственность за целое племя, за всех детей, женщин и главное — мужчин. Разве это не бред, когда взрослые рыболовы, мужики приходят к девочке, жаловаться, что рыба ушла? Корона — это красиво и многим девочкам в наше время хочется доказать, что она огого и может всем мужикам показать, как ловить рыбу, чтобы почувствовать себя значимой. Но так легко не заметить за своими амбициями зов сердца! Того, как тянет за горизонт.

Моана слышит своё сердце и не хочет смириться! К счастью, у неё есть бабушка-плюс, которая не даёт первой же неудаче свалить внучку в минус. Заметьте, как она говорит: не внушает, не спорит, а предлагает поступить так, как решила, давая альтернативу. Благодаря ее толчку Моана делает шаг к своему предназначению и именно на своём месте спасает множество жизней!

И вот Мауи. Типичный мужчина 😆смотрите, как важно ему быть героем и получать «спасибо» за все, что он делает! И пока Моана пытается командовать, он выбрасывает ее из лодки, но стоит ей подойти со стороны плюсика и дать признание и пообещать ещё больше любви и почета: «Мауи! Мауи! Ты самый лучшиииий», как он согласен. Не насовсем, мужчины своевольны и пытаются поступить по-своему, но Моана не сдаётся, стараясь вернуть полубогу его героизм. А принцесса в беде? Моана не смогла внушить ему веру в себя и попала в беду, он получил место для подвига и его вера в себя возродилась, он смог поступить правильно! Важно помнить, что не всегда мужчина готов дать желаемую реакцию сразу, важно не сдаваться и верить в него.

Тэфити тоже была плюсиком, так вокруг неё все расцветает! Но какой-то поганец, не будем показывать пальцем, похитил ее сердце и СПОЙЛЕР она превратилась в огнедышащее чудовище. То же ведь и с нами происходит и нам надо лишь чьё-то сочувствие и тепло, и часто это бывает близкая подруга, которая готова обнять злого ящера, каким мы становимся и быть рядом.

Искать своё предназначение, быть верной себе, доброй к людям, внушать мужчине веру в его силу и давать место для подвига. Как вам Моана?

Поделиться Поделиться Поделиться Поделиться

округ

объявляет июнь «месяцем Вилли Кей» | Новости, спорт, работа

Мэр Майкл Викторино (в центре, с леями) встречается с семьей покойного Уильяма Кахайалии после объявления июня «месяцем Вилли К». Фото предоставлено Ohana Kahaiali‘i и Maui Tribe Productions

Мэр Майкл Викторино объявил июнь «Месяцем Вилли Кей» в честь жизни покойного артиста Мауи, который умер в мае 2020 года после борьбы с раком легких.

Викторино сделал это заявление во время своей пресс-конференции в пятницу с участием членов семьи Кахаили.

Родившийся в семье музыкантов в Лахайне 17 октября 1960 года, Уильям Авихилима Кахайалии стал известен на музыкальной сцене Гавайев и, согласно прокламации, прославился своим влиянием на современную гавайскую музыку.

Под руководством своего отца Ману Кахаили Вилли К. впервые выступил на сцене в 8 лет.

«Даже в юности музыкальная виртуозность Вилли К. проявлялась в его способности создавать музыку практически в любом жанре как разностороннего певца, автора песен и музыканта, особенно любившего блюз», — говорилось в прокламации.

После окончания средней школы Лахайналуна он несколько лет занимался своей музыкальной карьерой в Сан-Франциско, прежде чем вернуться домой на Мауи. Его первые три альбома «изменили направление современной гавайской музыки».

Он выиграл 19 премий Na Hoku Hanohano Awards в нескольких категориях и жанрах, демонстрируя свои разнообразные таланты в гавайской музыке, роке, блюзе, джазе, регги, качи-качи и оперных ариях на протяжении многих лет.

Удостоенный наград музыкант также был известен своей общественной деятельностью, поддержкой молодежных музыкальных и спортивных программ, кормлением голодных, заботой о купуне, защитой вопросов социальной справедливости и отдельными медицинскими вопросами.Он был кавалером Королевского Ордена Короны Гавайев и президентом Хуэй о Ваа Каулуа.

«Вилли К. приносил радость, гордость и честь жителям округа Мауи до преждевременной кончины своей выдающейся жизни 18 мая 2020 года», — говорится в прокламации.

Члены семьи

заявили, что планируют опубликовать посты на официальной странице Вилли К. в Facebook, посвященные ему, в течение июня.

Мэр Майкл Викторино (в центре, с леями) встречается с семьей покойного Уильяма Кахаили после объявления июня «месяцем Вилли К.».Фото предоставлено Ohana Kahaiali‘i и Maui Tribe Productions.

Последние новости дня и многое другое в вашем почтовом ящике

Совет графства Мауи в пятницу одобрил две меры по увеличению количества жилья для рабочей силы на Мауи. Одна из мер…

Из-за нехватки персонала сбор мусора на тротуаре в Хайку перенесен на сегодняшний день.Пострадавших …

Поминальная служба ветеранов Вьетнама со свечами начнется в 18:00. Суббота, в павильоне «Военный мемориал» в …

Заявки на пользование уездными объектами отдыха в осенний период принимаются со 2 по 9 мая, уездный …

Департамент планирования округа Мауи проводит четыре открытых собрания, начиная со среды, чтобы обсудить последние новости…

WAILUKU — Водителю, чей уровень алкоголя в крови был более чем в три раза выше установленного законом предела, было приказано …

Милфорд-Саунд История маори | Milford Sound Select

Milford Sound, особое место для маори

Маори назвали Милфорд-Саунд Пиопиотахи в честь ныне вымершей птицы, которая жила здесь. Согласно мифу маори, легендарный герой маори купил дрозда с легендарной родины маори, Гавайки.Когда Мауи был убит богиней смерти Хиненуитепо, птица в трауре улетела на юг, чтобы дать имя знаменитому фьорду.

Ранние маори начали исследовать Фьордленд около 800 лет назад, где они нашли драгоценный Поунаму или новозеландский нефрит, широко известный как Гринстоун.

Pounamu с  своей красотой, устойчивостью и редкостью всегда считался маори и всеми новозеландцами большим сокровищем. Для маори камень имеет большое духовное значение, и его владение высоко ценится. Новая Зеландия Нефрит также имеет огромную практическую ценность как сырье, он такой же твердый, как сталь, и очень ценился для изготовления инструментов, оружия и украшений. Во время Второй мировой войны, когда в нацистской Германии заканчивалась твердая сталь, они даже использовали новозеландский нефрит, который они собирали до войны, для изготовления подшипников гребного вала для своих подводных лодок. Западное побережье является единственным источником поунаму в Новой Зеландии, и маори, добывшие камень из Милфорд-Саунд, продавали его другим племенам по всей стране.

Полудрагоценный камень добывается в Милфорд-Саунд, к северу от Греймута. Камень из определенных районов часто отличается цветом, прозрачностью, зернистостью и узором. Даже сегодня Pounamu пользуется большим уважением у всех новозеландцев, предметы, сделанные из драгоценного камня, считаются сокровищами и часто передаются из поколения в поколение.

Маори пришли за камнем из Милфорд-Саунд, когда сезонная погода была мягче. Они не жили в этом районе круглый год, предпочитая возвращаться в прибрежные районы Отаго и Саутленда, где еды было в изобилии, а погода была менее суровой.Однако есть отличная история о затерянном племени в районе Фьордленда. Мы включили отчет об этой истории, опубликованный в West Coast Times 23 февраля 1869 года. История племени была передана доктором Хаастом доктору Хохштеттеру и опубликована им в его книге о Новой Зеландии:

.

Легенда о «Потерянном племени»

«Говорят, что самым древним племенем, населявшим Южный остров, были вайтаха. Это племя было истреблено нгатимамо, пришедшими из Вангануи, Северный остров.Нгатимамо жили на берегах пролива Кука и питались в основном гигантскими моа. Впоследствии к ним присоединились нгатитара, также пришедшие с Северного острова; и когда их друг, нгатикури, услышал об очаровательной красоте новой страны и о превосходном лове угря, они также эмигрировали с Северного острова на Южный остров.
Возникли новые боевые действия. Нгатикури присоединились к своему родственному племени, нгатимамо. Последние в ходе долгих и кровопролитных войн все более и более оттеснялись на юг и от побережья, в глубь острова, чтобы поселиться среди негостеприимных Южных Альп.Около века назад – так рассказывает Тайтай, вождь с западного побережья Южного острова, умерший в 1861 г., – нгатимамоэ были оттеснены до залива Джексона (44 град. широты), тогда как их деревни в устье реки Мауэра (ныне Серая река) попала в руки нгатитаху.

В то время нгатимамо возглавлял знаменитый воин, которого за его скорость и ловкость звали Уира, «молния». это таонга или тонго, которые они считали последним символом своего племени и которые они высоко ценили, как знамя, вокруг которого сплачивается полк посреди грохота битвы.Нгатитаху уже давно, но безуспешно пытались завладеть Те Уйрой и его драгоценным болотом; в конце концов они добились этого с помощью хитрости и доставили своего пленника в свою Па (деревню) на реке Арахура. Здесь его привязали к дереву, и ему суждено было замучиться до смерти. Но чтобы разделить радость со своими друзьями из Мауэра Па, увидев смерть Те Уира, казнь была отложена до их прибытия. Тем временем Те Уира удалось бежать. Обладая большой силой тела, он разорвал оковы и убежал от преследователей в глубь зарослей.Таким образом, он снова был свободен, но прежде чем вернуться к своим родственникам и друзьям, он решил попробовать, не сможет ли он вернуть также и простое «пунаму», ибо ему было стыдно возвращаться домой без жемчужины своего племени. С наступлением темноты он подкрался к вражескому па и выжидал возможности осуществить свой замысел. Это вскоре представилось. Один из маори оторвался от сторожевого костра, чтобы освежиться, прогуливаясь взад и вперед на прохладном ночном воздухе. Быстрый, как тигр, Те Уира прыгнул на него, задушил и, надев плащ своей жертвы, чтобы замаскироваться, спокойно подошел к огню и сел среди своих врагов.Они как раз развлекались чудесным простоем, раздавая его по кругу и выражая свое непритворное восхищение им, когда Те Уира, знавший, что человек, которого он только что убил, и чей плащ теперь служил ему маскировкой, запнулся, изображая органический дефект, попросил простое. Как только он почувствовал привычное оружие в своей руке, он нанес удар слева, а другой справа, поразив двух мужчин, между которыми он сидел; и одним прыжком он вырвался из их среды и устремился к лесу, и его враги не смогли его догнать.Когда они увидели, что Те Уйра убежал от них, они попытались по крайней мере отрезать ему отступление к своему отцу и с этой целью тотчас же двинулись вдоль побережья к заливу Джексона. Они нашли реку хорошо укрепленной и не смогли ее взять. но на второй день они увидели огонь, горящий на вершине крутой скалы позади па. Это был сигнал нгайтмамо отступить в глубь страны в заранее назначенное место. Глубокой ночью и с наименьшим возможным шумом они оставили осажденного па и удалились в пустыню, взяв с собой единственный признак своего былого величия, свою «простую поунаму».

С тех пор о них ничего не слышно; но ходят слухи, что во внутренних районах провинции Отаго, в диких неизведанных горных районах, живут последние из нгатимамо. Маори побережья представляют их дикарями, и как туземцы, так и европейские поселенцы делают вид, что видели таких диких маори, которые, как говорят, чрезвычайно пугливы.

Известно, что соплеменники нгайтаху с севера преследовали остатки крупного южного племени маори нгатимамоэ.Племя бежало в отдаленные районы Фьордленда в конце 18 века. Говорят, что около 1780 года произошло два сражения на крайнем юго-западе у Заповедного залива, который маори называли Ракитума, «угрожающее небо». Примерно через 5 лет легенда гласит, что Пукутахи возглавил еще одну группу бежавших нгатимамоэ, намеревавшихся укрыться и поселиться в горах Мерчисон (где будет заново открыта редкая птица Такахе) между южным и средним фьордами озера Те-Анау. Те Хау, воин нгайтаху, возглавил группу, которая поймала и убила нескольких беглецов в драке, которая, как считается, произошла через озеро от отеля в Те Анау.

Выжившие исчезли и вошли в историю как пронзительные носители имен «потерянное племя» или «дикие туземцы» Фьордленда. В 1851 году капитан Стоукс с исследовательского корабля «Ашерон» записал, что он и его команда «наступили на свежие следы некоторых туземцев» в Блай-Саунд, скорее всего, членов «потерянного племени», которое Пэдди Гилрой, шкипер Амазонки, видел там в 1842 году. А капитан Кук ранее вступил в контакт с маори, когда отправил «Резолюшн» в Даски-Саунд для ремонта и отдыха своей команды с марта по май 1773 года.Власти Новой Зеландии серьезно восприняли историю этого «затерянного племени» и еще в 1860-х годах выпустили предупреждение для тех, кто хочет исследовать Отаго и Западное побережье в поисках золота. О потенциально опасной группе маори, которая, как известно, скрывалась в районе Отаго Вестленд.

Дикая и несколько неизведанная природа окружающей среды Фьордленда продолжает поддаваться популярному фольклору, такому как история о потерянном племени. В последние годы мы видели, как международные съемочные группы ищут выжившие экземпляры гигантской птицы Моа, а некоторые ведут постоянную охоту на потомков лосей, выпущенных в этом районе в начале прошлого века.

Присутствие маори сегодня в Милфорд-Саунд менее очевидно, но не менее важно. Основное племя маори Южного острова — нгаи таху. Они являются крупнейшими землевладельцами Южного острова Новой Зеландии и вкладывают значительные средства в индустрию туризма Новой Зеландии. В 1997 году правительство Новой Зеландии вернуло Нгаи Таху право собственности на все встречающиеся в природе поунаму. Ношение Pounamu стало частью новозеландской культуры, новозеландцев во всем мире часто можно узнать по резным подвескам Pounamu.

Первые народы в традициях маори — Энциклопедия Те Ара Новой Зеландии

Связь людей с землей

Многие предания маори рассказывают о полинезийских поселенцах с Гавайских островов, которые достигли побережья на каноэ около 700 лет назад. Но есть также мифы и легенды о более ранних существах, например о первом сотворенном человеке. Благодаря этим историям племена могут проследить давние отношения с землей и с различными регионами, в которых они живут.

Хинеахуоне

Согласно традиции, Рангинуи (отец-небо) и Папатуануку (мать-земля) были родителями Тане. Тане создал первую женщину из земли, назвав ее Хинеахуоне. В одной истории говорится, что «руки, тело, конечности, бедра — все это обрело форму, и скелет был готов». От Тане у нее была дочь Хинетитама, позже известная как Хине-нуи-те-по, которую можно увидеть на рассвете и в лучах заходящего солнца. Говорят, что все люди произошли от этих предков.

Мауи

Говорят, что полубог-обманщик Мауи вытащил Северный остров из океана, используя челюсть своей бабушки как крюк. Маори называют остров Те Ика-а-Мауи (рыба Мауи). Многие другие истории о Мауи рассказывают о краже огня, пленении солнца и стремлении к бессмертию.

Предки из мира природы

Люди маори считали, что они связаны с миром природы – землей, птицами, деревьями.Племя Нгаи Тухое верят, что их предком была Хине-пукоху-ранги, дева тумана, клубящегося вокруг гор Уревера.

Патупайарехе и Туреху

Есть много рассказов о загадочных людях, которые уже были в Новой Зеландии, когда полинезийские путешественники прибыли на каноэ. Говорят, что они жили высоко в горах, и было слышно, как они перекликаются. Две из этих групп были известны как патупайарехе и туреху.

Купе

Во многих традициях Купе был первым полинезийцем, открывшим Новую Зеландию.Он преследовал огромного осьминога через океан на своем каноэ и, наконец, убил его в проливе Кука. Купе исследовал страну и назвал многие места, такие как Пари Уэро (Красные скалы) на побережье Веллингтона.

Тоитеуатахи

В одних традициях предок Тоитеуатахи прибыл с Гавайков, а в других он родился в Новой Зеландии. Племена с гордостью заявляют, что они произошли от Тоя, а народ нгати ава говорит, что его деревня возвышалась над заливом Изобилия, недалеко от современного Вакатане.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.